Конкурсная работа Мазур Лилии

Оцените работу!
Узнайте
итоги конкурса
прямо сейчас

Конкурс "Я — переводчик", Бюро переводов в Екатеринбурге Prima Vista, Конкурсная работа Мазур Лилии

* * *

Я окончила Минский институт иностранных языков в 1989 году в самый расцвет (или разгул) перестройки и, получив свободный диплом, приехала к мужу в Ригу. Отчаянно хотелось сразу же с головой окунуться в работу. С первого сентября (наверное, сработала сложившаяся за столько лет учёбы привычка начинать год именно в сентябре) начала искать что-нибудь интересное и, конечно же, связанное с английским языком. Любовь к языку пришла в первую очередь благодаря Лидии Николаевне – моей первой и единственной учительнице иностранного языка в школе. Язык она знала замечательно, на любой вопрос будь то о языке или об Англии отвечала развёрнуто, всегда интересно. И мы, дети из маленького белорусского городка на границе с Польшей (никогда не бывавшие заграницей), мечтали об Англии, жадно ловили любую информацию о королевской семье, запоем читали английских авторов, правда, всегда в переводе.

Читать в оригинале я начала только в институте; в школе же мы читали специально адаптированные для учеников книги и изданную в Союзе газету Moscow News (язык её был понятен в отличие от газет, изданных за рубежом). Кстати, в институте мы попали под эксперимент – ректор, историк по образованию, решила полностью изменить программу, укрепив наши знания по русскому(!) языку и идеологическим наукам, благо время было подходящее - все должны были перестроиться (каждый писал личный план перестройки – помните?) Ей как-то легко удалось изменить язык преподавания большинства предметов на русский и увеличить количество часов, например, научной философии до шести в неделю. Все теоретические предметы, даже английская литература, читались теперь на родном и могучем, и отвечать о гордости и предрассудках английского высшего общества, так хорошо показанных Джейн Остин, например, мы должны были на русском языке. До сих пор перечитываю английскую классику в оригинале. С другой стороны, каждый раз вижу, насколько удачен был перевод.

Так вот из института я вышла с дипломом преподавателя английского и немецкого языков и военного переводчика. Ещё одна особенность того времени – на переводческий факультет принимали только мальчиков - мы же целых три года занимались военным переводом и тактикой. И хотя на вопрос, в какой случае нам, лейтенантам запаса, доверят командование каким- либо подразделением, преподаватели-офицеры отвечали, мол, только при стопроцентной гибели мужского состава, мы с удовольствием ходили на занятия по военному переводу, опять же благодаря преподавателю – рыжеусому Стасу (как мы его называли за глаза). Если бы не его такие живые рассказы о командировках, поездках, американской армии, общении с иностранцами, возможно, перевод текстов об устройстве гаубицы и не доставлял бы такого удовольствия.

Так вот именно благодаря моему диплому военного переводчика у меня и появилась первая работа в Риге. Оценив ситуацию на рынке труда, я поняла, что искать своё место под солнцем надо там, где больше всего английского языка – в порту, на таможне (в то время рижский порт принимал намного больше иностранцев, чем аэропорт). Найдя в справочнике телефон начальника отдела кадров, записалась на приём прямо к нему. И в очередной раз мне повезло – человек оказался замечательный, только вот очень переживал, как меня, двадцатидвухлетнюю девушку с такими чистыми голубыми глазами поставит досматривать корабли с мужчинами, в лексиконе которых присутствовало немало нецензурных слов. Но долго поработать в порту мне не удалось – на время поиска работы я была уже, оказывается, на втором месяце беременности, поэтому лихие 90-е были полностью посвящены воспитанию детей.

Конечно же, многочисленные друзья, знакомые и коллеги мужа не давали заскучать и пользовались моим знанием английского языка. Мне постоянно приходилось что-то переводить. Чаще всего это были письма отчаявшихся женщин, пытавшихся найти своё тихое женское счастье в сильных руках датских, финских или шведских парней (женских историй при желании хватило бы на большой роман). Но иногда попадалась затянувшаяся переписка по покупке какого-то станка или что-то вроде магистерской работы по защите лесных массивов Латвии. Бралась я за переводы с огромным удовольствием и всегда была рада «клиентам», отбою от которых не было, ведь обратиться за помощью к профессиональному переводчику стоило денег, а я, благодаря мужу, на тот момент могла не озадачиваться проблемой заработка денег. Как только младший сын пошёл в школу, решила заняться серьёзно работой и своим английским. Кстати, моя любовь к английскому передалась и детям – он как-то органично, через игры, мультфильмы, книги, стал почти родным для них. Во всяком случае, когда два года назад старший сын решил изучать отельный и ресторанный бизнес в Швейцарии, вопрос о знании языка не стоял на повестке дня.

Так вот, как только младший сын пошёл в школу, я решила попробовать поступить в магистратуру на филологию английского языка и, набрав высший балл, прошла на бюджет на дневное отделение. Опять с удовольствием окунулась в занятия, лекции, экзамены. Сразу же нашла работу переводчика в компании SDI Media, которая занимается переводом фильмов для телевизионных каналов, и в модном (глянцевом) журнале об интерьере и мебели.

Работа в журнале была творческой и безумно интересной. Да, забыла упомянуть, что до этого около года делала переводы медицинских текстов. Не могу сказать, что это было очень захватывающим – медицина никогда меня не интересовала, поэтому перевод инструкции по применению какого-то там препарата был просто переводом текста. Здесь же надо было постоянно читать о выставках, ведущих дизайнерах, различных стилях. Никогда ещё за такое короткое время я не пополнила свой багаж знаний таким количеством известных имён. Через год мне предложили работать и на другой журнал – о моде. Иногда надо было просто перевести готовую статью из заграничного журнала или интернета, но чаще написать свою, перечитав всю информацию, которая была в наличии на сайтах или в книгах.

Были, конечно же, и свои трудности. Например, я долго не могла привыкнуть к языку модного журнала - витиеватому, интересному и в то же время понятному нашим читателям (людям небедным, а главное, их молодым спутницам, желавшим блеснуть своим интеллектом). Статьи должны были быть короткими с максимумом информации и большим количеством модных слов. Я этому научилась не сразу, но вскоре и из-под моего “пера” начали выходить “достойные” тексты, и некоторые из моих статей были даже опубликованы под моим именем. И хотя иногда мне казалось, что это не совсем русский язык, ну или же не тот язык, которым мне хотелось излагать свои мысли, не это стало причиной моего ухода. С годами появилось желание, работая, получать не только удовольствие, но ещё и деньги. Платили же мне за статьи, как за перевод – по количеству знаков.

Переводы фильмов – это тоже очень интересно. Я всегда мечтала переводить книги, но, как только задумываюсь об этом серьёзно, вспоминаю фильм Данелия “Осенний марафон”. А вдруг я буду таким же переводчиком, как героиня Галины Волчек - “Коза кричала нечеловеческим голосом” или “Земля была беспорядочно замусорена, уродлива – консервные банки, клочья газет, мотки проволоки валялись на ней. Между чёрными покосившимися столбами были протянуты верёвки – на них висело серое бельё.” И всё-таки я надеюсь, что когда-нибудь попробую себя в этом.

Работая на SDI Media, мне ни разу не пришлось переводить художественные фильмы, в основном документальные или научно-популярные. Хотя ляпов, благодаря опыту работы, замечаю огромное количество в любых фильмах. И это даже не вопрос стиля или особенностей языка, как, например, в “Крёстном отце” обращение друг к другу: “ Здравствуй, двоюродная сестра!” “Здравствуй, двоюродный брат!” Какому русскому человеку придёт идея ТАК поздороваться! Я понимаю, что переводчик просто перевёл слово cousin, не задумываясь, что оно не может так звучать в этой ситуации.

Или вот другой пример, не помню, из какого фильма. Разговор двух индейцев, склонившихся над трупом – “Это грузин, оставим его тело на съедение койотам.” Любому зрителю кажется непонятным, как это индейцы лет 200 назад знали о существовании Грузии, да ещё за что-то недолюбливали бедных грузинов. Возможно, Georgian более логично перевести как житель штата Джорджия, хотя и это не решает проблему. Лишь покопавшись в интернете, можно понять, что в переводе это должно звучать просто как ‘бледнолицый’, так как в то время большинство жителей именно штата Джорджия были белыми. Но всё это требует времени, и немало. Ведь намного проще перевести moccasin snake как мокасиновая змея (что я неоднократно слышу в переводах), чем найти её истинное название на русском “щитомордник обыкновенный”. Со мной могут поспорить, что это всё не так важно, но ведь основная работа переводчика и заключается в качественном переводе.

В этом году перевод (надеюсь на время) отошёл на второй план - я больше занимаюсь преподавательской деятельностью. Работать просто одно удовольствие - у людей огромное желание говорить на английском. Мотивация же, как известно, является одной из основных определяющих успеха - даже если она обусловлена не очень хорошей экономической ситуацией в стране. Вот уж действительно – кому война, кому мать родная.

Да, спасибо, что благодаря вам появилась возможность немного отвлечься от повседневной работы, окунуться в воспоминания, вспомнить о нереализованных мечтах.

Бюро переводов "Прима Виста". Все права защищены. При копировании текстовых материалов необходимо указывать источник и размещать активную гиперссылку на сайт www.primavista.ru.

blog comments powered by Disqus
×
Мы перезвоним

Укажите номер телефона, и наш специалист перезвонит в течение 15 минут. Во внерабочее время мы позвоним на следующий рабочий день

Нажимая на кнопку, вы даёте согласие на обработку своих персональных данных

Жду звонка

×
Выберите удобный для Вас способ связи