Вверх

Бюро переводов «Прима Виста»
входит в ТОП-20 переводческих
компаний России 2018 г.
English version
Главная Статьи Это интересно Медицинские переводы: Отказ от эпонимов? Да
  • Facebook
  • В Контакте
 
 
 
×
Мы перезвоним

Укажите номер телефона, и наш специалист перезвонит в течение 15 минут. Во внерабочее время мы позвоним на следующий рабочий день

Нажимая на кнопку, вы даёте согласие на обработку своих персональных данных

Жду звонка

×
Узнать стоимость

Заполните поля формы — наш специалист свяжется с вами в течение 15 минут и сообщит стоимость работы.

Приложить файлы на оценку

Мы не передаём данные третьим лицам и не рассылаем спам.
Нажимая на кнопку, вы даёте согласие на обработку своих персональных данных

×
Выберите удобный для Вас способ связи

Медицинские переводы: Отказ от эпонимов? Да

Долгое время медицина увлеченно называла тесты, симптомы, болезни именами их первооткрывателей. Нефролог-консультант Александр Войводт (Alexander Woywodt) и профессор ревматологии Эрик Маттесон (Eric Matteson) настаивают на отмене эпонимов.

Юдит А. Уитворт (Judith A. Whitworth) полагает, что они отражают историю медицины и медицинских переводов.

Оксфордский словарь английского языка дает следующее определение эпонима: человек, в честь которого названо какое-либо открытие, изобретение, учреждение и т. д. Эпонимы стали уже традицией, а их использование долгое время считалось делом вкуса. Однако пришло время отказаться от них в пользу описательного наименования.

Эпонимы зачастую не отражают процесс открытия той или иной болезни, в них скорее заложены чей-то авторитет, политика, язык, привычка или даже чистая случайность, нежели научное достижение. Более того, дальнейшее использование запятнанных эпонимов неуместно и не будет приниматься пациентами, их родственниками и обществом в целом.

Эпонимы, ассоциирующиеся с экспериментами нацистов, неприемлемы

О зверствах нацистских докторов широко известно; вновь о них заговорили, когда появилась информация о том, что немецкий врач Ганс Рейтер, открыватель одной из форм реактивного артрита, участвовал в экспериментах над людьми. После этого термин «синдром Рейтера» стали употреблять реже, было даже предложено отказаться от данного эпонима. Факты о Рейтере оставались вне поля зрения научного сообщества только потому, что никто не пытался выяснить, какая же личность скрывается за эпонимом.

Недавно мы занимались изучением биографии патологоанатома Фридриха Вегенера, чьим именем названо заболевание гранулематоз Вегенера. Установлено, что Вегенер был одним из первых нацистов-коричневорубашечников и учеником одного из экспертов «расовой гигиены». Кроме того, Вегенера разыскивали как военного преступника, правда, не установлено, за что именно. Одна из публикаций на эту тему, назвав военные преступления «слабым, но достаточным» основанием, поставила вопрос: «Насколько чудовищными должны быть поступки человека, для того чтобы отказаться от его эпонима?»

После наших открытий о Фридрихе Вегенере представители Американского фонда борьбы с васкулитом заявили: «Как пациенты и члены их семей, мы выбираем другое название наших болезней» (неопубликованное письмо в журнал Lancet, 2006 год). Данное письмо и отзывы на наши статьи о Вегенере все сильнее убеждают нас в том, что эпонимы, ассоциирующиеся с жестокостями нацистов, должны быть отменены. Более того, нам стало известно, что после обнародования нашего открытия Коллегия врачей — специалистов по заболеваниям органов грудной клетки приняла решение аннулировать звание «лучший клиницист», некогда присвоенное доктору Вегенеру.

Эпонимы не являются отражением открытий

Использование эпонимов порождает также проблемы, не связанные с личностями. Как правило, эпоним указывает только на одного человека, в то время как научное открытие — результат работы многих, например, как в случае болезни Бехчета. Хулучи Бехчет открыл болезнь в 1937 году, но еще раньше, в 1930-м, заболевание описал Бенедиктос Адамантиадес. А как быть со всеми остальными, кто внес свой вклад? С учетом каждого, кто обнаружил какой-либо из аспектов недуга, необходимо указывать следующую цепочку: болезнь Гиппократа-Жанина-Неймана-Раиса-Блюта-Гилберта-Планнера-Ременовского-Веве-Шигета-Пилса-Грютца-Райса-Самека-Фишера-Уолтера-Романа-Кумера-Адамантиадеса-Даскалополуса-Матраса-Уайтвелла-Нишимуры-Блобнера-Уикерса-Реджинстера-Кнаппа-Бехчета.

Аналогично Хайнц Клингер, сосед Фридриха Вегенера по комнате в университетском общежитии, еще до Вегенера описал случай заболевания, ныне именуемый гранулематоз Вегенера. Макито Такаясу не удалось выявить васкулярные изменения в ходе описания васкулита — болезни, которая сейчас носит его имя. Мы вынуждены заключить, что эпонимы всегда являлись «наградой» для тех, кто публиковался в более популярном журнале или на более распространенном языке, либо свою роль сыграли влияние личности, политика, а то и просто удача.

Эпонимы не обладают научной точностью

Сторонники эпонимов часто делают упор на то, что эпоним, являясь условным обозначением, облегчает запоминание. А вот признаки и симптомы аортальной регургитации подразумевает 31 эпоним. Неудивительно, что, запомнив тот или иной эпоним, мы не можем описать его значение. Исследования показали, что только 10 из 92 хирургов-ортопедов могут правильно описать тест Финкельштейна, при помощи которого диагностируют тендовагинит. А опытные травматологи ведут долгие дебаты относительно того, к какому эпониму причислить тот или иной случай перелома: к перелому Бартона, Смита II или к обратному перелому Бартона.

Еще больше осложняет ситуацию то, что некоторые болезни в разных странах имеют свои эпонимы. Например, гигантоклеточный (темпоральный) артериит в Германии известен как Morbus Horton (болезнь Хортона), во Франции — maladie de Horton (болезнь Хортона), однако в США под этим названием заболевание практически неизвестно. Усугубляют проблему и различные способы написания. Эпоним анкилозирующего спондилоартрита в Германии пишется Bechterew’s disease (болезнь Бехтерева), в других странах Bekhterew’s, а где-то и вовсе Marie-Strümpell disease (Мари-Штрюмпелля). И наконец, одним эпонимом могут быть названы два совершенно разных заболевания: болезнь де Кервена — это и тендовагинит, и расстройство функции щитовидной железы.

Именно по этим причинам возникли тенденции предпочтения описательных классификаций, особенно у специалистов тех областей, где эпонимы встречаются наиболее часто. Травматологи ввели AO-номенклатуру, а неврологи обратились к терминам, которые указывают на локализацию поражения.

Эпонимы неоднозначны, создают путаницу и затрудняют процесс общения ученых в условиях глобализации. Вместо того чтобы использовать эпонимы, мы должны, обратившись к истории медицины, дать справедливую оценку научным открытиям и покончить с «индивидуальным вкладом». Призываем редакторов медицинских журналов и учебников отказаться от употребления эпонимов.

Медицинский перевод текста с английского языка на русский выполнен в бюро переводов «Прима Виста», Москва. Автор ткста: Александр ВОЙВОДТ,  Эрик МАТТЕСОН, Источник:  http://www.bmj.com/cgi/content/full/335/7617/424

Другие материалы

blog comments powered by Disqus